* * *

Мне иногда кажется,
что люди, которые пишут стихи
в общепринятом смысле слова,
патологически нечестны.
Можно, конечно, сказать,
мало ли что кому кажется,
но сказать вообще можно всё, что угодно.
Сказать - не сделать!
Это знали даже символисты.

 скачать текст
 

       * * *
Мне иногда кажется,
что тщета усилий в любом деле
является залогом успеха.
Постоянно повторяющийся,
с раз и навсегда установленным количеством вариаций, крах каждой отдельно взятой человеческой жизни;
крушение надежд, обманутые ожидания,
абсолютная темнота в конце любого пути –

всё это нужно хотя бы для того,
чтобы не о чем было жалеть на смертном одре.

В бесконечной цепи разочарований
состоит главное очарование Жизни.
Иначе не будет никогда и ни с кем.
Неизбывно отчаяние электронов,
Неспособных противиться воле атомного ядра...
 

* * *
Мне иногда кажется,
что женские ножки
говорят больше, чем женские лица.
Во всяком случае, более чем глаза.
Во всяком случае, более чем слова.
Отчего хироманты не так внимательны
к форме ноготков на ногах,
как к ладоням?
Не оттого ли, что задолго до возникновения хиромантии
появилась идиома «как на ладони»?
и потому изучение женских ладоней
является заведомо более прибыльным делом.
Поэтому-то шарлатанов ладоней
больше, чем шарлатанов ступней!..
 

       * * *
Мне иногда кажется,
что люди, у которых нет дела жизни,
должны умереть...
Они должны это мне,

Марковскому, Соколовскому, Кузьмину,

и перечень можно продолжить.
Если же чувство долга им не присуще,
следует всесторонне в этом им помогать.

Люди, у которых нет дела жизни,
не понимают, что слово «нет» –

и впрямь отрицательная частица,
а слово «да» – действительно положительная.
Люди, у которых нет дела жизни,
не знают, откуда на самом деле берутся дети.
Люди, у которых нет дела жизни,
не знают, что психология – лженаука.
Люди, у которых нет дела жизни,
не умеют делать самолётики из бумаги,
и не столь изящны их мыльные пузыри.

Как правило, они верят в бога.
Между ними и богом существует прочная,
проверенная временем, связь.
У них действительно много общего.
У бога тоже нет дела жизни.
Это очень сближает...


       * * *
Мне иногда кажется,
что не стоит ничего говорить вслух.
Чем бы ни было обусловлено
твоё мнение о чем бы то ни было,
всегда найдутся люди,
с чьей точки зрения,
ты не имеешь на него права.
И сколь бы ни были эти люди ничтожны,
и сколь бы несомненным ни было право твое...
на убийство инакомыслящих
(а оно несомненно!
Вероятно, ни у Раскольникова,
ни у Достоевского его попросту не было.
Оттуда и все их страдания!)
ничего не стоит говорить вслух.

Коль скоро ты претендуешь
на морское владычество,
будь добр усомниться хоть на минуту в том,
что все эти люди действительно существуют!

Если же претендуешь ты на скипетр Владыки Небес,
на сомнения и претензии время не трать!
Ты и так уже тот, кем стремишься стать!..

       * * *
Мне иногда кажется,
что все мои проблемы от невнимательности.
Так, например, в возрасте девяти лет
я бредил космическими путешествиями
и внеземными цивилизациями.
Я был убеждён, что женюсь на инопланетянке
(конечно, при том условии,
если правы те из учёных,
что утверждают, будто где бы ни зарождалась жизнь,
она развивается по одним законам, и потому
все мыслящие существа должны быть похожи внешне).

Потом, когда я женился и вырос
(именно что не наоборот!),
я думал, что у меня это не получилось,
но, мол, я, конечно, ни о чём не жалею.

Видимо, я был невнимателен к своим женщинам,
потому что не сразу понял,
что всё получилось так, как мечталось в детстве.
Ведь коренным населением Земли
со всей очевидностью
являются только мужчины,
тогда как каждая женщина
прилетает откуда-то
сугубо со своей личной планеты.
Такие вот маленькие принцессы!

Таким вот образом и выходит,
что Мироздание всё-таки более внимательно
к моим пожеланьям и чаяниям,
чем может показаться
на первый взгляд.

       * * *
Мне иногда кажется,
что меня бы не раздражали так люди,
которым на всё насрать,
если бы их не раздражал, в свою очередь, я.
Но поскольку дела обстоят именно так,
не могу утаить я в мешке
своего справедливого шила,
не могу не колоть их им в жопу!
Потому что от их существования в мире
в мире не меняется ничего,
а от моего существования
в мире что-то меняется час от часу!
Вот и вся разница...
И, слава богу, что никому не становится легче!..


       * * *

Посвящается В. Пелевину

Мне иногда кажется,
что написание своевременных книг,
которые, не скрою,
иногда с удовольствием читаю и я, –

удел слабых людей.
Вопрос о том,
может ли слабый человек
быть хорошим писателем,
представляется мне открытым,
поскольку лично я уверен в обратном.
Но, тем не менее, я не совсем уверен,
что данный вид слабости
не является силой.
Уж слишком многие люди
из моего окружения,
которых я привык считать сильными,
считают именно так.
Расставаться же с привычками трудно.
Да и к чему,
если с их точки зрения,
потакать своим слабостям – сила?!

У меня тоже есть свои слабости.
Так, например,
я считаю, что хороший писатель тот,
кто заставляет мир жить по своим законам,
а не тот, кто занимается толкованием
уже существующего законодательства
для менее способных окружающих
со всем свойственным ему пафосом
продажного красного агитатора.

И вообще,
Писатель пишет,
а Читатель читает.
Поэтому нехуй выёбываться!

Иногда же мне кажется по-другому.


       * * *
Мне иногда кажется,
что я вафел,
или же карамэл.
Вы меня ешьте-ешьте!
Может стану я торт-арахис,
ежели мне, конечное, повезет...


       * * *
Мне иногда кажется,
что не искусство требует жертв,
а Джордж Гордон Байрон!
Быть может, и Мэри Шелли отчасти.

Кто знает,
не было бы у неё комплекса неполноценности,
не явился бы в этот мир Франкенштейн!

Это всё так, к слову...
Нет, не к тому,
что каждый сверчок,
знай свой шесток!..


       * * *
Мне иногда кажется,
что я себе все придумал;
что у меня нет ни жены, ни матери,
и я нигде не живу.
В лучшем случае, я – эмбрион,
который в кошмарном сне видит то,
что он обречён пережить после рождения,
коего не в силах он избежать,
как и не в силах не видеть сон,
который навязывает ему его мать,
которая тоже эмбрион,
которому навязывает этот сон её отец,
который является эмбрионом,
который вынашивает моя жена...


       * * *
Мне иногда кажется,
что все люди – не люди,
а хуй знает что.
Почему мне так кажется,
я не знаю.


       * * *
Мне иногда кажется,
что Вася Пупкин
и Андрей Болконский –
одно и то же лицо.
Никому не суждено
изведать Наташи...
Наташиной, блядь, глубины...
Аустерлицкий дуб сосёт хуй.


       * * *
Мне иногда кажется,
что всё дело в размерах.
Но это неправда.
Иначе шовинисты – мужчины,
ибо хуй не мера вещей.

Но...
говоря о размерах пизды,
следует понимать,
что ни узость её не важна,
и не влажность,
и не глубина,
но "объём" её трогательности...


       * * *
Мне иногда кажется,
что мне всё это не кажется.
Так оно всё и есть.
Я – единственная мера вещей.
Я лакмус

с перспективой выбиться в аксолотли.
Я прав потому,
что думаю о себе в первом лице.
Это роскошь,
от которой не в силах я отказаться.
Следовательно,
это необходимость.

                ЭПИЛОГ

Изменяя себе, следуй своему вкусу.
Горечь горестей да, волен ты выбирать,
но на сладкое всегда требуй одного и того же.
Дзэн – путь, дзинтарс – янтарь-с –
это извольте,
но... та лишь твоя, каковой ты ея.
Конструируй смелей, и Она сохранит.
Победителей нет – неуместен суд.
Обращая вниманье других на себя,
обрати его и сам на себя – стоит ли?
Если ж уверен, обрати их вниманье на них самих,
дабы тоже они усомнились в себе.
После неловкой паузы, распорядись, чтоб подали десерт.
Если стыдно тебе, что знаешь больше других,

знай меньше!..

Июль-август 2002-го года.